Украинские заключенные: наказание некачественной инфраструктурой

ccc85a1 tetyana tavlui 600 - Украинские заключенные: наказание некачественной инфраструктурой

Естественно, что основной темой обсуждения сейчас является медицинская инфраструктура, но кризис, связанный с пандемией, выносит на поверхность все более глубокие и более глубокие проблемы государства. Коронавирус заставляет привлечь внимание и тюрем, распространение вируса в колониях, следственных изоляторах и других учреждениях уголовно-исполнительной службы может иметь катастрофические последствия.

Страны вводят разные меры – от санитарно-гигиенических до амнистии (Турция, Иран, например). В Украине противоэпидемические меры уже приняты, вопрос о возможной амнистии активно обсуждается, поэтому краткосрочное решение будет найдено в любом случае.

Однако, с точки зрения долгосрочной перспективы, основной проблемой мест лишения свободы является качество инфраструктуры, которая влияет прежде всего на здоровье осужденных и их социальную реабилитацию после освобождения.

Нечеловеческие условия: государственных инвестиций для приведения условий тюрем до международных норм не хватает

Украина тратит 0,5% всего бюджета на уголовно-исполнительную систему и исправительные меры. В 2019 году было потрачено 7,3 млрд грн, что составляет 5% от расходов на общественный порядок, безопасность и судебную власть.

В этом году план расходов – 6,8 млрд грн, из которых 212 млн грн – это капитальные расходы. С учетом того, что в Украине 183 учреждения уголовно-исполнительной службы (из них 29 следственных изоляторов, остальные – учреждения исполнения наказаний), где содержатся 52 836 лица по состоянию на 2019 год, этих средств недостаточно для осуществления масштабных капитальных ремонтов и реконструкций.

К тому же уровень физического износа основных фондов составляет более 50%. Речь идет даже не об улучшении инфраструктуры, а о приведении ее к норм, которых требуют Правила обращения с заключенными ООН и Европейские пенитенциарные правила.

В связи с ненадлежащим состоянием мест заключения типичным является то, что осужденные подают на Украину иски в Европейский суд по правам человека и, как правило, получают компенсации (6-10 тыс евро на человека) из нашего же бюджета.

Согласно отчету Европейского суда по правам человека, всего несколько подобных исков в год остаются довольными, поэтому в глобальном масштабе это небольшие издержки для Украины, но это здоровье граждан и репутация страны.

Положительным за последние несколько лет оказалось только решение вопроса перенаселенности уголовно-исполнительных учреждений.

С 2015 года количество осужденных уменьшилось на треть, прежде всего благодаря так называемому «закону Савченко».

Однако появилась новая проблема: в некоторых учреждениях отбывания наказаний в результате оказалось больше обслуживающего персонала, чем самих заключенных. Однако такой результат является не только проблемой, но и возможностью, и об этом – далее.

Читайте также:

В украинских СИЗО появятся платные камеры с комфортом – министр

Частные тюрьмы – это реально

Попытки внедрить мировой опыт частных тюрем или привлечь инвесторов на условиях государственно-частного партнерства пока что оказались неуспешными в Украине, хотя попытки были и продолжаются.

Частные тюрьмы есть в США, Великобритании, Австралии, Новой Зеландии и тому подобное. Во Франции некоторые тюрьмы функционируют на принципах государственно-частного партнерства (определенные услуги отдаются в управление частным компаниям).

Частные тюрьмы – это экономически целесообразно, но тоже не исключает рисков нарушений прав человека. Например, в США существует проблема сверхнормативного использования рабочей силы владельцами тюрем, а также попытка бросить за решетку как можно большее количество нарушителей за лоббистского содействии тех же инвесторов. Показатель количества заключенных к населению в США крупнейший в мире – 655 человек на 100 тыс человек.

В сторону федерального правительства отовсюду раздаются обвинения по внедрению частных тюрем, мол, это эксперимент провален и это дает такой большой процент населения в заключении. Однако все эти обвинения можно откинуть одной цифрой: только 8% заключенных США находятся в частных заведениях.

В противовес США в Великобритании соотношение количества заключенных к населению в Англии и Уэльсе составляет 139, в Шотландии – 148. Страна решила в начале 90-х годов попробовать модель управления тюрьмами с привлечением частного сектора в связи с их перенаповненням.

В Англии и Уэльсе всего 14 заведений со 134-х управляются частным сектором. В Шотландии – 2 тюрьмы частные, 13 – государственные. Инвестор за свой счет проєктує, строит и управляет тюрьмой, однако через 25 лет активы переходят в собственность государства. Частные тюрьмы контролируются государством так же, как и государственные.

Франция на внедрение частных тюрем не пошла, но активно использует инструменты государственно-частного партнерства (ГЧП). Более трети французских заведений лишения свободы функционируют на принципах ГЧП. Частные предприниматели могут быть задействованы в строительстве учреждений, обеспечении питания, организации трудовой деятельности заключенных и тому подобное.

Опять же идут дебаты относительно того, не заинтересованы частные партнеры в удержании как можно большего количества заключенных, однако доказательств влияния использования государственно-частного партнерства на количество осужденных нет.

Итак, мировой опыт показывает, что несмотря на то, что положительный эффект для бюджета страны от приватизации или государственно-частного партнерства, система требует жесткого контроля со стороны государства.

Как быть Украине?

С последствиями, которые за собой потянет всемирный карантин, вряд ли в бюджете найдутся лишние средства для полного удовлетворения потребностей мест лишения свободы в капитальных инвестициях. Новый коронавірусний бюджет уже урезал капитальные расходы и задел один из инвестиционных проектов, направленных на улучшение условий уголовно-исполнительной учреждения.

Однако оставлять все, как есть, уничтожать здоровье украинцев и происходить компенсациями по принуждению Европейского суда по правам человека не должна быть сознательной альтернативой.

Поэтому самым оптимальным вариантом будет поиск частных инвесторов, поскольку мировая практика показывает, что это возможно и выгодно, как для государства, так и для инвестора.

Сегодня Министерство юстиции рассматривает вариант приватизации только следственных изоляторов, а не колоний, мотивируя это тем, что мы не можем допустить такой ситуации, как в США, где крупнейший в мире показатель осужденных к населению, однако, как показывает статистика, вряд ли основной причиной этого эффекта является действительно наличие частных тюрем.

К тому же, как Великобритания, так и США отдали лишь небольшую долю учреждений уголовно-исполнительной службы в управление частным инвесторам. В любом случае всегда можно реализовать пилотный проект и на основе этого сделать выводы.

Если же в Украине не удастся создать частные тюрьмы, можно попытаться путь Франции, где подобные заведения функционируют на принципах государственно-частного партнерства. Полностью в руки частных инвесторов тюрьмы не отдаются, но строительство или определенная часть операционной деятельности передается в управление частным компаниям.

Как правило, в управлении частных компаний деятельность оказывается более эффективной с точки зрения качества услуг и минимизации издержек, таким образом, удастся сэкономить средства государственного бюджета и получить высокий уровень услуг. Однако в таком случае государству все равно придется инвестировать в инфраструктуру, по крайней мере частично с привлечением инвестора.

Несмотря на то, что уровень заполненности уголовно-исполнительных учреждений сегодня невысок, и были заявлены планы по продаже активов, которые пустуют, и направить средства в инвестиции – этот вариант выглядит совершенно возможным.

Поэтому для решения проблемы недостаточного инвестирования со стороны государства в уголовно-исполнительную систему есть и такие инструменты, как приватизация и государственно-частное партнерство. И их, хотя бы даже в пилотном режиме, необходимо запускать.

Стоит лишь заметить, что отдавать инвесторам всю систему нецелесообразно, такой шаг ни одна страна еще не сделала. Это и не удивительно, ведь уровень рисков может зашкалить. Решения должны приниматься для каждого случая отдельно, взвешивая выгоды и издержки от отдельного проекта.

Татьяна Тавлуй, для УП

Колонка – материал, который отражает исключительно точку зрения автора. Текст колонки не претендует на объективность и всесторонность освещения темы, которая в ней поднимается. Редакция «Украинской правды» не отвечает за достоверность и толкование приведенной информации и выполняет исключительно роль носителя. Точка зрения редакции УП может не совпадать с точкой зрения автора колонки.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *